Многое могла бы я рассказать еще об этом мире, о девичьих годах Сильвии, но из хаоса воспоминаний выбираю самое характерное, самое значительное, могущее раскрыть образ Сильвии.

Воспитание Сильвии? Это был какой-то пестрый калейдоскоп. «Пора, пожалуй, серьезно заняться ребенком!» – говорила матери Сильвии ее двоюродная бабка, Леди Ди. «Да, вы правы, пора!» – отвечала мать. После Леди Ди приходил отец и говорил: «Удивительно, как этот ребенок все схватывает! Мисс Маргарет (майор неизменно звал жену «мисс Маргарет», как в дни своего сватовства), мы должны быть с ней очень осторожны, она слишком быстро развивается». На что его жена ласково и покорно отвечала: «Кому лучше знать, как не вам, мистер Кассельмен?»

Каждое утро Сильвия сопровождала отца в поездке по трем плантациям. Майор, в черном сюртуке из тонкого сукна, в белоснежной манишке, ехал верхом, держа зонтик над головой дочери. На почтительном расстоянии следовал на муле слуга. В этих поездках Сильвия учила таблицу умножения и получала уроки по истории своей родины, конечно, с точки зрения привилегированного меньшинства. По этому предмету ей давала уроки и двоюродная тетка, которая при уплате скромного жалованья своему многочисленному штату прислуги всегда восклицала: «Ах, как я ненавижу этих янки!»

Я не могу в своем рассказе обойти эту тетку, посвятившую Сильвию в тонкости светского искусства и на смертном одре завещавшую ей драгоценнейшую тайну светской мудрости…

Леди Ди была единственным оставшимся в живых членом младшей ветви рода Лайлей. Она не была графиней, подобно ее знаменитым бабкам. Леди – это ее имя, полученное при крещении. В начале минувшего столетия она приехала из-за гор в громоздком экипаже с конвоем всадников, – приехала венчаться с главой края. Фотография этого экипажа хранилась в кедровых ящиках в мезонине ее дома вместе с другими сокровищами: ручками от вееров из слоновой кости с золотой инкрустацией; золотыми пряжками с чудесной эмалью; старинными печатями и серебряными табакерками; редкими драгоценными камнями, вроде белых топазов и лиловых аметистов, и целым ворохом прелестных шелковых зонтиков, которыми знатные леди защищают свою нежную кожу, зонтиков, величиною не больше десяти дюймов, с ручками из резной слоновой кости, с художественной инкрустацией.